— Да так, как ты и говорил, — досадливо поморщился Руслан, — на юг еду, надо там колдуну одному по ушам дать, а то повадился девок таскать…

— Замечательно! Вот цель, достойная богатыря: спасти множество прекрасных дев, причем всем скопом одновременно! А если какая одна невзначай на далеком Севере к лесным разбойникам угодила, так и шмель с ней, пусть пропадает… Нам на юге теплее…

— Погоди, ты что несешь-то?! Какая девка? Какие разбойники?! Какой лес?!

— Ага, взвился! Я, собственно, тебя для чего искал? Днем сегодня на этой вот большой дороге разбойники наши местные девку в полон взяли. Из Новгорода она, понимаешь ехала, куда-то чуть ли не в Киев. Одна, без сопровождения. Ну, вот и доездилась.

— Что ж ты раньше-то молчал, воробей опухший?!!

— Но-но, попрошу без оскорблений! Надо ж было слегка поглумиться над таким пригожим добрым молодцем, тем более — понимающим мой язык! Такие знатоки нынче — большая редкость, знаешь ли… К тому же, она сейчас в разбойничьей берлоге почти в безопасности: завтра вторая половина шайки вернется, тогда у них и дележ будет.

— Дорогу-то хоть покажешь?

— А зачем я, по-твоему, здесь сижу? Это недалеко. Версты две, по-вашему если считать. Пошли?

— Пошли! — сказал Руслан, и в голосе его прозвучала решимость одним махом победить все мировое зло.

Пыхтящий за Русланом конь, проваливаясь по грудь в снег, щедро изливал свою нежную душу в изысканных ругательствах до тех пор, пока Руслан и филин в один голос не шикнули на него. Не переговариваясь и стараясь не шуметь, добрались до жилища разбойничков. Изба красивой не была, зато поражала размерами. До княжьего терема далековато, конечно, но на боярский вполне тянет. Руслан хотел было глянуть в затянутое пузырем окошко, но оно, и так мутное, было покрыто затейливыми морозными узорами. Пришлось идти напролом.