На седьмой день путешествия, около полудня, ехали через невесть какой уже по счету лес. Ехали как могли быстро, погоняли коней: когда едешь малым числом по пустынной лесной дороге, а справа откос, да и слева тоже, расслабляться не след. Как по заказу, ветер донес запах дыма. Да не дыма домашнего очага, а гарь пожарища. Руслан весь подобрался, быстро проверил оружие и велел Миле держаться позади, а в случае чего — ноги в руки, и чтоб быстрее ветра летела! Перед лицом возможной опасности к девушке вернулась вся ее ершистость, и она тут же огрызнулась:

— Ну, да, нашел дурочку… А кто тебя, добрый молодец, после драки штопать будет? Сам зашьешься, что ли?

— А кто отца твоего искать будет, если сгинешь? Я, что ли? Оно мне надо? Цыть назад, и без разговорррчиков! — в его речи снова послышались командные нотки. — Ясно?

— Ясно. — вздохнула Мила, чуть придерживая коня. — В нашей дружине ты воевода, а я — что-то вроде походного знахаря… Ох, берегись!!!

В десяти шагах перед Русланом поперек дороги падала огромная ель. Конь взвился на дыбы, богатырь еле удержался в седле.

— Засада! Быстро назад! — крикнул он, разворачивая скакуна.

— Ну вот, опять начинается… — обреченно пробормотал конь.

Сзади тоже падала ель. Руслан прикинул, не удастся ли перескочить препятствие, потом глянул на низкорослую кобылку Милы и отбросил мысль о прорыве.

— Старайся все время держаться у меня за спиной. Спина к спине, понятно? И предупреди, если что. — бросил он Миле, спешиваясь. И заорал: — Эй, вы! Я здесь один, а вас, самое меньшее, двое. Бояться вам меня нечего, так что предлагаю выйти сюда на честный бой. Один на один, или как там у вас понимают честный бой… Выходите! Или вы трусы и боитесь о мой меч порезаться? Ну? Я жду!