– Сон. Плохой сон. Он здесь, мама. – Она положила руку себе на лоб. – Он ещё здесь.

Элвин жестом отпустила няню и забралась к Келейос на кровать. Ласково прижав дочку к себе, она сказала:

– А теперь расскажи, что это за сон, который не хочет уходить.

Келейос все ей рассказала. Мать слушала и кивала, в нужных местах говорила слова утешения. В роду у Келейос не было пророков-сновидцев ни с материнской, ни с отцовской стороны, а волшебные способности просто так сами по себе не появляются.

Элвин успокоила дочь, и Келейос стало лучше. Словно камень с души свалился, когда она рассказала сон. Она снова могла дышать, и леденящий ужас прошёл.

– Матушка, а за что Харкия тебя не любит? Элвин вздохнула, обняв ребёнка: – Ты знаешь, что значит вызов выйти на пески? Келейос нахмурилась: – Это значит выйти драться и победить. – Не всегда, – улыбнулась Элвин, – но ты правильно поняла смысл. Много лет назад, когда ты была совсем маленькой, Харкия меня вызвала. Она проиграла и испытала унижение. Ты знаешь, что такое унижение?

– Это значит, тебя при всех обидели. – Молодец. Харкия считает, что я её унизила, и за это она меня не любит. – Я её боюсь, матушка. Элвин вздрогнула:

– Она тебя как-нибудь обидела или напугала? Харкия сделала совсем другое, но Келейос не знала для этого слов. – Нет, матушка. Элвин обняла девочку.

– Ты мне всегда должна все рассказывать, Келейос. Если тебя что-нибудь напугает, рассказывай мне. – Обязательно расскажу. – Ну и хорошо. Тебе уже лучше? Келейос улыбнулась и кивнула. Когда ей было пять лет, любимая матушка очень легко могла её утешить. Элвин положила ребёнка в большую кровать с балдахином. Поцеловав Келейос в лоб, она спросила:

– Лампу тебе оставить? Келейос была смелой девочкой и сказала: