— Мы уже знакомы или еще нет? — спрашивает Триша, ощущая себя полной идиоткой. Никогда бы не подумала, что однажды станет всерьез старого друга расспрашивать, знакомы они или нет.

— Представь себе, я задал ему ровно тот же вопрос, — смеется Макс. — Слово в слово.

— И что он тебе ответил? — спрашивает Триша, водружая на плиту самую большую сковородку. — И какой ответ получу я?

— Ответ в обоих случаях один и тот же, — говорит Ахум. — Конечно, мы знакомы с тобой, Триша. Но и с Ночным Кошмаром тоже — давным-давно. Даже не знаю, с кем дольше.

— А при чем тут ночные кошмары? — изумляется Триша. — С каких это пор они тебе снятся, Ахум? Или ты все-таки не?..

— Я — оба сразу, — объясняет старый друг, он же незнакомый гость. — Иными словами, я — это просто я, наконец-то. Всё на месте и ничего лишнего. А Ночной Кошмар, единственный и неповторимый, — это у нас сэр Макс. Он же кровожадное чудовище, он же дикое дитя степей, он же властелин несметных россыпей менкальего навоза, он же…

— Ну все, понеслось, — ухмыляется Макс. — Франк, ты, кажется, говорил, что Стражи — существа настолько совершенные, что Вселенная не может этого выносить? Полностью разделяю ее чувства.

Но Триша его почти не слушает.

— Оба сразу, — повторяет она вслух. — Оба сразу, надо же. Не понимаю, как это. Не могу вообразить.

— А тут и воображать нечего, — мягко говорит гость. — Я — это просто я. Как ты — это ты, Триша. Ничего сложного.

— Ладно, спрошу иначе, — вздыхает она. — Завтра или послезавтра… Словом, потом, когда ты отсюда уйдешь, кто будет вспоминать этот вечер? Ахум или друг Макса?

— Оба. — Он улыбается до ушей, довольный, что снова ее озадачил. — Потому что Ахум и друг Макса — это один человек. Просто всем остальным кажется, будто нас двое. И нам самим тоже так кажется, почти всегда. Но не сейчас, хвала Магистрам, не сейчас!