— Садись за стол, включай и пиши, — сказал Феофан Анастасьевич, а сам, облокотившись о подоконник, стал созерцать дворик, сад и неуклонно катившееся к западу багровое солнце. Майский воздух под вечер остыл, и, хотя ветра никакого не было, сквозила прохлада, приятно проникая под камзол и пропотевшую за день рубашку.

Ефим сел, достал из стола черный чемоданчик, обтянутый кожей и положил его перед собой.

Ноутбук этот был в Петербурге единственным, а всего на Новом материке их насчитывалось не больше десяти. После Всемирного Потопа, когда под воду ушли четыре материка из пяти, удалось выловить много компьютеров и ноутбуков, но за последние четыре века большинство из них либо потерялись, либо были разобраны. До второй Большой Резни мелкие микрочипы, по прихоти молодых и в большинстве своем малограмотных особ, являлись вершиной моды. Навесить на свою шею как можно больше черных, правильной формы побрякушек означало показать свою причастность к высшим слоям общества.

Свой ноутбук Феофан Анастасьевич честно добыл в Германии на первой Большой Резне. Ноутбук и еще два десятка самозаряжающихся батареек к нему считались военным трофеем, и никто покуситься на достояние права не имел. Поэтому Феофан Анастасьевич мог себе позволить записывать собственные размышления в так называемый "Блокнот".

Ефим был обучен грамоте еще с малолетства, ибо мать его считала, что ум и знания дороже всяких денег. Ефим сам считал иначе, но матери не противоречил никогда. Правда, считать он так и не научился. А на ноутбуке его научил работать хозяин. Как в сложной механической штуковине разобрался сам Феофан Анастасьевич, для Ефима до сих пор оставалось загадкой.

— Читай, что вчера написано было, — потребовал Бочарин, — самую концовку.

— Мнэ-э… — замялся Ефим, водя потным пальцем по шарику "мышки", — это…значит… "после выезда моего от его императорского величества, значит, Андрея Второго, направился я домой, дабы обдумать некоторые вопросы, возникшие в ходе беседы со государем!…