— Перестань, сынок, перестань, — рассмеялся Йейл. Смеялись и все остальные. — Расскажи хорошей тете, каким образом сделал я величайшее открытие своей жизни.

— Ничего не знаю про эту самую величайшесть, сэр, но открытие — ваше, вы о нем и рассказывайте. Кой черт, неужели я способен слямзить у вас такое удовольствие?

— Да, — улыбнулся Йейл, — я дал тебе вполне приличное воспитание. Короче, разведчики Маори подобрали на Ганимеде, среди обломков космического корабля, младенца, остальные пассажиры погибли. Нежное создание было доставлено в купол, где его усыновил сам король — или вождь, я в этом плохо разбираюсь — Те Юинта.

— У него не было сыновей, — пояснил Уинтер, — одни дочки. Когда Юинта умрет, я сразу стану большой шишкой — как ни говори, все-таки король.

— Теперь вам должно быть понятно, откуда взялись на щеках Роуга знаки королевского достоинства, которых он так стесняется — уж не знаю и почему.

— Дело в том, что перед ними не может устоять ни одна девушка, — сказал Уинтер, снова подергав очки. — Не может устоять на месте и бежит, бежит, бежит…

Зная послужной список Роуга по женской части, я едва не хихикнула — и была почти уверена, что он это заметил.

— Маори назвали младенца Роуг, — продолжал Йейл. — Только эти буквы и можно было разобрать из всего идентификационного названия корабля. Р-черточка-О-Г. Р-ОГ Юинта, произносится с долгим «о», как Роуг. Верно, сынок?

— По звуку это больше похоже на Р-хрюк-Г, сэр, — сказал Уинтер и произнес свое имя на манер маори. — У некоторых возникает желание ответить: «Gesundheit»

— Конец первого акта, — объявил Йейл. — Акт второй. Я прибываю в купол Маори, чтобы посмотреть на их восхитительную резьбу по дереву, и натыкаюсь на десятилетнего мальчишку, гуляющего со своей старшей сестрой. Платье сестры расшито бусами, мальчишка тычет в эти бусы пальцем и пытается объяснить найденную им закономерность их расположения.