Наиболее вероятное объяснение - это что мы появились с относительной скоростью, отличной от скорости туманности. Кроме того, если бы мы падали с тех пор, как здесь появились, тогда то, по направлению к чему мы падали бы, к настоящему времени, безусловно, было бы видно, чем бы оно ни было. Если бы образовалось такое мощное гравитационное поле, оно было бы поистине громадным: в несколько раз крупнее огромного газового скопления вокруг Юпитера.

- Вы же не знаете, какова природа массы или гравитации в этом мире, поправил Макфи.

- Верно. И этот остров - тому доказательство.

- Что вы хотите этим сказать?

- Наша сила тяжести не изменилась с тех пор, как мы здесь. И все же мы больше не являемся частью Омбея. Мы принимаем ее за нормальную, потому что подсознательная воля каждого из нас здесь этого требует.

- Дерьмо собачье, - Кохрейн подпрыгнул, удивленно глядя на раструб своих широких вельветовых штанов. - Вы что, хотите сказать, мне только снится, будто здесь есть какая-то сила тяжести?

- Строго говоря - да.

Хиппи сцепил ладони и плотно прижал их ко лбу.

- Ох, друг, вот это не повезло. Я-то хочу, чтобы сила тяжести была реальной. Послушайте, ведь не дурачите же вы нас дурной шуточкой, нет? Такого быть не должно.

- Реальность сейчас прочно содержится у вас в мозгу. Если вы ощущаете, что сила тяжести на вас действует, значит, она настоящая, - невозмутимо объяснил сержант.

В руке Кохрейна появилась сигарета с марихуаной, он сделал глубокую затяжку.

- Я тяжелый, - запел он. - Тяжелый, тяжелый, тяжелый! И пусть никто этого не забывает. Слышите меня, люди? Так обо мне и думайте!

- В любом случае, - обратился Сайнон к Макфп, - если бы нас выхватило гравитационное поле, туманность падала бы вместе с нами. А этого не происходит.

- Уже хорошо, - буркнул Макфи. - Что для здешних мест тоже не характерно.

- Забудьте академические представления о ситуации, - вставил Мойо. Можем мы что-нибудь из нее извлечь?