— Ладно, — заметила я, — обещаю обойтись без мимикрии. Развяжите мне руки. Болят уже.

— Ничего, восстановишься, — заметил он, и, кивнув детинушке, что заглянул в мою келью первым, заметил, — развяжи эту мадемуазель и проводи в каюту. Но глаз с нее не спускать!

Я довольно улыбнулась. Это было мило. Меня развязали! Потирая кисти рук, я подумала, что все это как — то вне логики. Впрочем, может эвирцы еще и слишком самоуверенны? Могло статься. Как — никак «Мистрис» они захватили за пятнадцать минут. Всего ничего. Ладно, пусть недооценивают, лишь бы не прибили! А уж сбежать я как-нибудь сбегу. Это — моя забота!

Каюта, что мне отвели, была невелика, но, тем не менее, удобна. Из всей обстановки — кровать, шкафчик для одежды, которой было только, что на мне, окно — экран, у окна — стол. Впрочем, темное дерево панелей покрыто позолотой и резьбой. За маленькой дверью у кровати я обнаружила и ванную комнатку. Неплохо для пленницы. Во всяком разе куда приемлемей, чем та камора в трюме.

Дождавшись, что б сопровождающий закрыл за собою дверь, я нырнула под душ. Нелогично? Глупо? Тем не менее, мне так хотелось смыть с тела всяческие следы пребывания в трюме, забыть запах резиновой тапки во рту. Вода струилась по телу, изгоняя печаль, наполняя меня новой силой. Не знаю, сколько времени я провела в этом закутке. Минут блаженства не считают. А я блаженствовала. Эта ванная была ответом на молитвы любой леди. И чего только не стояло в нишах?!!

Я наслаждалась ароматами различных сортов масел и мыла. Я купалась в них, как купаются в океане. Я натирала кожу экзотическими кремами, от которых она сияла, словно покрытая перламутровой пленкой. Мой Бог! Кажется, часа мне хватило, что б позабыть и свой страх, и напряжение, и пребывание в трюме. А теплый поток воздуха слизнул капельки воды с моей кожи и растрепал волосы. Блаженство! Давным-давно позабытое мною чувство….