Активная Бермудская приказ об аресте Балясникова сумела использовать на все сто процентов. Она звонила всем, как её отважный и принципиальный супруг боролся с произволом и репрессиями, она в шестидесятых годах надрывала глотку с трибун, гневно обличая культ личности, словно забыв о том, как стала в девятнадцать лет членом Союза писателей, опубликовав книги "Великий кормчий" и "Под знаменем вождя", что пионеры цитировали её стихотворение "Горный орел Берия".

В шестидесятых годах появилась пухлая книга "Свежий ветер перемен", за которую она была удостоена Государственной премии. Гонорары Бермудской стали внушительными, и семья продолжала процветать так же, как и при великом вожде, так и не успевшем расстрелять Балясникова.

Не везло только с детьми. Первый сын у супружеской четы появился в пятьдесят седьмом, но умер в трехлетнем возрасте. Затем два выкидыша. И только в шестьдесят девятом году появился на свет Степан. Егору Степановичу в то время было уже шестьдесят лет...

Мамаша позволяла сыну абсолютно все. Он был совершенно вне всякой критики. В детстве она им совсем не занималась, разъезжая по заграницам, председательствуя в различных президиумах, пробивая себе внушительные гонорары. После смерти мужа материальное положение семьи мало ухудшилось. Как жили, так и продолжали жить. А Ольге Александровне было всего-то сорок один год. Вся жизнь была впереди...

Когда Степан обратился к ней с просьбой дать материнское благословение на брак с Ритой, она с ног до головы оглядела смущенную невестку и буркнула: "Тебе жить, хочешь жениться - женись. Жить будете здесь. Места хватит! И отстань - я пошла работать. Пишу мемуары - сейчас это модно!" Подмигнула Рите своим черным глазом и исчезла за дверью роскошного кабинета...

Как ни странно, но они прожили со Степаном более пяти лет. Правда, с перерывами, порой довольно значительными.