И она очень надеется, что и все остальные, пришедшие сюда, чтобы ее выслушать, будут такими же смелыми и решительными, как этот юноша, такими же самоотверженными, как он. Когда она закончила свою речь и спустилась с кафедры, в актовом зале сначала повисла совершенно мертвая тишина, а потом он разразился аплодисментами. Райский шумно выдохнул, огляделся вокруг и как-то по-новому, другими глазами увидел всех окружающих его людей, каждый из которых мог стать космонавтом и отправиться на невидимую сторону земного спутника. А потом он заметил пробирающегося мимо него к выходу Захара, который как-то странно встряхивал головой, словно только что пробудившийся человек, спешащий отогнать остатки сна.

Позже Райский узнал, что после этого выступления из центра подготовки не ушел никто.

Виктория Мон и в дальнейшем устраивала подобные встречи с добровольцами, на которых всегда с радостью рассказывала им об их же успехах и красочно описывала будущее «Лунного проекта». Захар, смеясь, почему-то называл эти собрания «двухминутками пафоса». Хотя почему именно «двухминутками» Райский так и не понял — длились выступления Виктории, как правило, гораздо дольше, а Захар в ответ на его вопрос только фыркнул и перевел разговор на другую тему. Однако в остальном его друг был очень даже неплохим человеком. С ним было легко общаться в свободное от занятий и тренировок время, на него можно было положиться в особенно тяжелые моменты подготовки. Сам он большинство тренировок переносил на удивлении легко, а во время первого испытания в невесомости и вовсе чувствовал себя, как рыба в воде. Остальные добровольцы, попавшие с ним в одну группу, показали себя гораздо более слабыми: двое из них весь полет не расставались с бумажными пакетиками, а еще один уже после первой сделанной самолетом «горки» ударился в панику. Пятым участником испытаний был Райский, и хотя он к концу полета сумел привыкнуть к новым ощущениям и даже начал получать от невесомости некоторое удовольствие, из самолета все равно выходил, пошатываясь, и цвет лица имел «успокаивающе-зеленый», как ехидно заметила одна из встречавших их на взлетной полосе медсестер.