При снижении лифт совершил манёвр, ориентируясь на мачты посадочного комплекса, — и здесь предстали истинные размеры града. Как урождённый централ, Форт твёрдо знал, что его Сэнтрал-Сити — самый большой город на свете, но в ту минуту молча признал: да, Эрке тоже ничего себе городишко, не маленький.
Тем лучше — меньше вероятность второй раз наскочить на Раха. В справке для приезжих значилось: «Клан, или нао: родственный союз для взаимопомощи и самообороны». В Сэнтрал-Сити это называют организованной преступной группировкой — касса в виде общака, обет молчания, нож в брюхо за измену, шансон про семью воровскую и маму, прочие блатные прелести. Чем дальше от этого держишься, тем целей будешь. В Эрке нельзя зазеваться. Разденут и разуют, оглянуться не успеешь.
Сквозь пешеходов навстречу Форту из-под арки выбежала ньягонка — как и прочие, глазастая, с точёными формами фотомодели, с причёской «я болела, они скоро отрастут», на гибких и сильных ногах оленёнка. Её жилет украшали аппликации, ореховые по соломенному фону, а на боку, как у Раха, был пристёгнут кортик в ножнах. Не останавливаясь, красотка взяла в рот зеркальную пластинку — и по Гласной пронеслась острая трель свиста, следом ньягонка выкрикнула:
— Хад-го! Адера кодъе, мар!
Надёжная лицензионная программа перевода с ньягонского на линго и наоборот (надо учиться на своих ошибках!), предусмотрительно закачанная Фортом себе в мозг, преобразовала крик в доступный формат: «Дорогу! Освободить проход!»
Среди базарной тесноты тотчас образовался свободный от людей коридор, а из тоннеля, где ньягонцы прижались к стенам, уже выдвигалась колонна идущих строем: в закрытых шлемах и жёстких жилетах, руки и ноги скрыты пластинчатой бронёй, ранцы как у аквалангистов (куда это они нырять собрались?), оружие в чехлах. Вскоре солдат и след простыл, а Гласная залила коридор своей толпой.
Будто термиты — безглазые, безмолвные и целеустремлённые. Их скорый марш и то, что толпа покорно раздалась на свист и окрик, оставили в душе Форта горький осадок, словно на его глазах над людьми щёлкнули бичом, а они склонились, подчиняясь властной силе.