Это были какие-то американские горки, а не жизнь. А ну, красивая, поехали катац-ца!

Гламу-у-ур, мон аму-у-ур – надрывались голоса в динамиках автомагнитолы. Унц-унц-унц – наяривала музыка. Вжик-вжик-вжик – мелькали лица, события, пейзажи.

Хэлло, мачо. Чао, мучача. Джага-джага, уси-пуси, ширли-мырли.

Что было реальностью, а что – стремительно сменяющимися кадрами музыкальных клипов? Это первый мальчик был похож на солиста группы «Мультфильмы» или же солист группы «Мультфильмы» напоминал любимого мальчика? И вообще, был ли он, мальчик? Наверное, был, раз после него полная пепельница окурков осталась. А любовь? Тоже как бы была. Если так, то почему на душе так гадко, и почему нужно идти в аптеку за мазью, название которой и выговорить-то стыдно.

«Мне… мне, пожалуйста… что-нибудь от… лобковых вшей…»

Что-о? Ох, и дура ты, Галюнчик! Брить одно место приучайся – теперь все так делают… Предохраняться тоже непременно надо – сейчас без контрацептивов только последняя идиотка бойфренда к себе подпустит… А потом еще существует такая штука, как минет… Никогда не пробовала? Тю, так это же просто улет – экстази называется, на, угощайся… Пять баксов… десять… двадцать…

Прихоооод!!! Отхоооод!!! Дружно двигаем попами-и-и-и!!!

Унц-унц-унц – темно. Унц-унц-унц – светло. Вот ночь зажигает огни, вот утро красит нежным цветом. Но зачем же так быстро, господи!

Стоп! Откуда взялись три красные точечки на локтевом сгибе? Ага, героиновые комарики прилетели: глюк-глюк-глюк. Почему же не колбасит, а колотит, выгибает, плющит?

Больно. Не так сильно, господи! Больно. Зачем мысли о смерти вместо обещанного чумового драйва? Больно. Где выход? Остановите Землю, я сойду… я сойду с ума, я сойдусума, ясойдусумааааааа!!!

«Уже сошла», – горько подумала Гала. Она и сама не заметила, как спустилась по лестнице, как оделась, как вышла из института.

На улице было холодно, срывался снег, тщетно пытающийся хоть немного прикрыть уличную слякоть. С сумкой через плечо, Гала брела вдоль длинной чугунной ограды, чувствуя себя обитательницей какого-то гигантского зоопарка. Разумеется, она находилась внутри, а не снаружи, среди беспечных зрителей. Затравленным зверенышем – вот кем чувствовала себя Гала. Маленькая, беспомощная и беззащитная, несмотря на свой гренадерский рост.