Ангуса охватило чувство тревоги за брата, его тревога не походила на переживания отца с его бредовыми идеями, как Манго тайком пробирается в паб за недозволенной пинтой джин-тоника. Ангуса беспокоила жизнь брата вообще. Он когда-нибудь думал еще о чем-нибудь не касающемся Края привидений? Не страдает ли от этого школьная жизнь? Манго еще, конечно, слишком молод, чтобы думать о девочках, но это-то Ангус смог бы понять. А вот того, что у брата нет друзей… В конце концов, его что-нибудь вообще интересует? Хотя… разве эта таинственность вокруг Манго не его, Ангуса, рук дело? Он просто снял с себя груз и переложил на плечи брата. Он научил брата всему, что знал сам, вселил в него шпиономанию, которой не так давно и сам был заражен. Но в пятнадцать лет он перерос свой Край привидений. Уверен, что то же самое произойдет и с Манго, и уже совсем скоро он заметит у Манго первые признаки скуки.

Ангус помнил все до мельчайших подробностей. Кроме того, когда у него появился компьютер, он подумывал поместить все в него и сохранить записи, хоть и не знал, с какой целью. Для своих будущих детей, если они когда-нибудь появятся. Возможно, для каких-нибудь социологических исследований?

А началось все вот с чего. У него.

«Чрезмерное употребление сладкого вредно для здоровья», — прочитал Ангус под картинкой на баночке с Золотым сиропом. Это напомнило Библию — за грехи надо расплачиваться. Он подумал, что это точно выражает происшедшее с ним, Гаем Паркером, и Краем привидений, как кто-то окрестил это место. Как Гай окрестил, если уж быть точным. Теперь этот мир остался там, в детстве, а у него появились другие приоритеты и другие потребности.