Ему было тринадцать, и Гаю Паркеру тоже, или на месяц-другой больше. Они знали друг друга с детства, дружили с пеленок, как говорили их матери, познакомившиеся в детской консультации. И миссис Паркер, бывало, присматривала за ним и Яном, когда их мама дежурила в больнице. Гай и он вместе поступили в Хинтолскую начальную школу, которую в свое время окончил Ян и где сейчас во втором классе учился Манго.

В привилегированную частную закрытую школу для мальчиков обычно принимали в июне. Экзамены для всех подобных школ были одинаковыми, но письменные работы проверяли и результаты абитуриентов, или, что более вероятно, положение их родителей, оценивали в каждой школе отдельно. Не было никаких сомнений, что Ангус будет учиться в Россингхеме. Его отец когда-то закончил ее, и Ян учился там.

Гай Паркер тоже собирался в Россингхем. Было бесспорным, что их привлекала одна и та же школа, и никто, по крайней мере, из тех, кого знал Ангус, даже не обсуждал это. Позже, по совести говоря, Ангус не мог сказать с полной уверенностью, что Гай действительно говорил ему о таком своем решении.

Результаты пришли, и Ангус был зачислен. Впрочем, никто в этом и не сомневался. Было время летних отпусков. Камероны улетели всей семьей на Корфу,

Они встретились, когда позвонила миссис Паркер и пригласила его и Манго позавтракать с ними как-нибудь, когда родители будут заняты на работе. Манго было лет десять, и всегда возникали проблемы, с кем его оставлять на каникулах. Уже у Паркеров Ангус вспомнил, что он так и не спросил Гая, выдержал ли тот экзамены, хотя это надо было сделать. А впрочем, и так понятно, если бы он провалился, вряд ли был бы таким веселым. Они остались одни в комнате, которую Паркеры называли игровой. Манго и маленькую сестренку Гая миссис Паркер увела с собой на кухню.

— Тебе уже все купили, что надо? — спросил Ангус. — Я думаю, шляпы поставят точку на нашей свободе. Отправляемся завоевывать Лондон. И никаких сладостей.