— Этот подонок просто резал по-живому, представляешь? — детектив яростно потряс давно потухшей сигаретой перед носом у своего собеседника. — Он на ней буквы вырезал, ты можешь представить!..

В мужской умывальной комнате полицейского участка, где, по традиции, проходили все наиболее важные совещания и беседы с глазу на глаз, было накурено и жарко. Сизый сигаретный дым удушливыми пластами висел под потолком. Брайан Тильман, шеф полиции города Обри, тщательно вытер бумажной салфеткой лицо, пригладил перед зеркалом начинающие редеть на макушке волосы и только после этого неодобрительно покосился на Ханг-селла, облокотившегося на соседнюю раковину.

— Не пори горячку, Джон. И кончай, наконец, курить. Всякое случается. Раньше или позже что-то в этом роде должно было произойти. Мы не смогли предотвратить убийство, и нам, ничего не попишешь, остается только сделать все возможное, чтобы это преступление не осталось безнаказанным. А для этого лучше иметь свежую голову…

Детектив уныло махнул рукой:

— Ни черта ты не понимаешь, Брайан… Тебя там не было.

— Я читал твой отчет.

Хангселл отрицательно помотал головой:

— Не то… Читать отчет и видеть это своими глазами — совсем разные вещи. И знаешь, что в этом деле самое страшное?

— Ну, что? — Без всякого энтузиазма спросил Тильман.

— Жертва… Она оставалась в сознании, пока убийца проделывал с ней все это. Она все чувствовала, до последнего момента… Не могу понять, зачем ему это понадобилось?

Брайан поморщился:

— Не бери в голову… Мало ли чокнутых на улице. Хорошо, что не каждому, у кого с головой не все в порядке, приходит мысль взяться за нож или за бейсбольную биту… В конце концов, ты телевизор смотришь? В каждом втором фильме преступление совершает либо мафиози, либо маньяк-убийца. Может же в кои-то веки нечто подобное произойти и у нас, а?