Ни минуты не раздумывая, через спины впереди стоящих Лука въехал кулаком рецидивисту в лицо. Что последовало за этим, он не видел: на Луку навалились, кто-то вцепился ему в палец и крутил его с отчаянной силой. Потом Луку оттащили. Человеком, оттащившим его, был мастер. И пока Лука восстанавливал дыхание, мастер приводил в порядок его забрызганный жидкой грязью плащ. “Надо было стрелять!” — подумал Лука. Но стрелять уже не было никакой возможности.

Примчалась служба Управления и принялась хватать подряд всех, кто подвернулся ей под руку. До Луки она не добралась — в это время они с мастером убегали с места происшествия в противоположную от Управления сторону.

За каких-нибудь полчисла они пересекли район по диагонали и остановились только тогда, когда перед их глазами выросла огромная, в половину самого высокого здания, глухая стена района: старая, грязная. Рядом с ней валялся мусор и осколки попадавших сверху кирпичей. Между ними под стеной росла крупная сиреневая плесень, культивируемая жителями района в цветочных горшках. Молча дошли Лука с мастером до висевшего над головами огромного фонаря, где сидел солдат. Заметив подошедших, он открыл прозрачную дверцу и высунулся наружу.

— Салют, ребята!

— Салют! — дружно, словно по команде, ответили Лука с мастером.

Солдат расхохотался:

— А сюда, между прочим, вам нельзя. Вам только там! — он махнул рукой в сторону района. — Или, может быть, у вас пропуск есть? А то ведь без пропуска гулять можно только там!

Некоторое время они молча разглядывали друг друга: солдат сверху, они его снизу. Наконец солдату это надоело, он спрыгнул на землю и оказался чуть ли на голову выше Луки. Ремень на боку у солдата оттягивал кожаный, блестящий металлом предмет.

— Онемели вы, что ли? Или свободу почувствовали, кролики? — при этих словах солдат нахмурился. — Ты, очкастый, а ну, покажи, что там у тебя под плащом?