– Остановить программу, – приказал он компьютеру, и посетители бара «У Стампи» застыли в полной неподвижности. Он коснулся коммуникатора.

– Райкер слушает, сэр.

– Я жду Вас в конференц-зале.

– Иду, сэр. – Райкер встал из-за рояля и окинул бар прощальным взглядом. На этот раз сеанс музыкальной терапии не состоится. Придётся призвать на помощь самодисциплину и работать с полной отдачей, изо всех сил помогая капитану.

Разумеется, всегда есть шанс, что вызов капитана означает начало приключения. Его приключения. Чего-то трудного и таинственного, что станет испытанием его характера, его способностей, закалит и отточит их.

Походка его обрела обычную упругость, и, выйдя из голодека, он заспешил к турболифту, на ходу размышляя об этих шансах.

Но следующий час, проведённый с капитаном, Райкер помогал разбирать данные, касающиеся деятельности дипломата Спока на протяжении двух последних десятилетий. Переговоры, медитация, арбитраж – вся хроника неустанных усилий Спока как архитектора мира. Если и существовали в его поведении какие-либо признаки ренегатства, они были хорошо скрыты.

Такая работа с капитаном доставляла Райкеру истинное наслаждение. Он восхищался его отточенной техникой: Пикард рассматривал каждый вариант со всех сторон, точно ювелир, огранивающий драгоценный камень, извлекая на поверхность то одно, то другое, пока не соединял всё в единое целое. Работать вместе с ним было и поучительно, и подстёгивало.

Но это была тяжёлая, изнурительная работа. Райкер вытянул затекшие ноги и, взглянув на капитана, подумал, что тот, наверно, занимался этим много часов до его прихода. Вид у Пикарда был измученный.

– Мы будем на орбите Вулкана меньше, чем через час, сэр, – сказал Райкер. – Вам следовало бы отдохнуть.

– Да, да, Вы правы. – Но Пикард не двинулся с места. Внимание его привлекла очередная запись. Райкер знал, что хотя капитан устал, ум его продолжает биться над разгадкой.

– Надо сообщить жене Сарека о наших планах, – сказал Пикард.