«Доминус» переключился на дополнительную силовую подпитку от находящихся на орбите комплексов, расположенных снаружи возле Персефона. Резервные поступления превышали необходимые. Не было и намёка на аварию, ни одной мысли о бедствии. Но «Доминус» начал обычное расследование относительно причины увеличения запроса на энергию и предполагаемого пути её использования.
Так как с «Лабиринта» не поступало никаких ответов, «Доминус» ввел новые оперативные данные. Станция «Лабиринт» за последние двадцать четыре часа не подала ни звука по каналам связи. Она вращалась согласно модели используемой энергии, и сигнал указывал на то, что система «Звено Маттин» на станции «Лабиринт» была активизирована, хотя до сих пор и не использована ни по какому поводу, хотя бы для передачи сигнала.
По указанию «Доминуса» на главном контрольном дисплее штаба Цереры вспыхнул сигнал тревоги и были просканированы все исследовательские челноки вдали от Нептуна. Ближайшая высокоускоряющаяся ракета находилась почти в миллиарде километров от «Лабиринта» — семнадцать часов рутинной сотни скачков.
«Доминус» отправил исследовательский зонд всего за несколько секунд до того, как проблема впервые обратила на себя внимание людей. Дежурный техник на Церере отметила уставными значками конец рабочего дня, записала время, зарегистрировала оба возросших потока энергии и использование разведывательного корабля. Однако она не сделала пометок в рапорте по поводу использования энергии станцией «Лабиринт». Нарушение казалось слишком ничтожным, а мысли её были в другом месте. Смена заканчивалась через несколько минут, а после работы у неё было назначено свидание с новым предполагаемым партнёром. Она с нетерпением ждала этой встречи. В её планы на вечер не входило задерживаться на работе сверхурочно, вдалеке от наружной системы, для изучения мизерных силовых флюктуаций.