Её действия вполне согласовывались с размерами её ответственности. Позже она стала бы первым и единственным козлом отпущения, если бы такой козёл потребовался.

Когда утыканный антеннами исследовательский зонд был на полпути к станции «Лабиринт», потребность в энергии резко возрасла. Поток увеличился ещё на два порядка и в итоге вознёс проблему на уровень первоочередных. «Доминус» отдал приказ о немедленном аварийном ускорении ракеты и начал передавать в память челнока информацию обо всех деталях структуры станции «Лабиринт».

Набиравшей скорость ракете было менее двух лет. Как аппарат класса Т она содержала новые логические схемы и целую уйму датчиков. Она нетерпеливо ждала, пока на расстоянии пяти миллионов километров от «Лабиринта» не смогла наконец уловить в своих радарах первое изображение. Неуклюжая станция выглядела как шероховатый шар, выщербленный входными шлюзами и усеянный узлами аппаратуры связи.

Банк данных разведывательной ракеты содержал теперь полное описание назначения станции и её возможного содержимого. Челнок начал посылать сигналы по всем каналам, даже на предельных частотах, но ответа не получал.

Станция «Лабиринт» продолжала молчать. Ракета быстро приближалась и была крайне удивлена, обнаружив, что все шлюзы входов в станцию предстали перед ней открытыми настежь навстречу бездонному космосу. Исследователь отправил сообщение «Звена Маттин» «Доминусу», отметив эту особенность, и с трудом замедлил скорость, пока расстояние не сократилось до ста километров. Высокочувствителые датчики могли уловить теперь изображение маленьких неправильной формы объектов, покачивавшихся рядом со станцией. Некоторые из них выпустили блестящие рефлекторы радаров, сделанные из тяжёлых металлов; состав других проанализировать было сложно. Ракета запустила два маленьких зонда, ощетинившихся радарами: один для осмотра космических обломков, другой — чтобы изучить ситуацию внутри станции.