- Надо нам связаться, - сурово сказал Витя. Он начинал понимать, что ему придется стать командиром. А становиться командиром ему не хотелось. Дело это хлопотное. И он сердито хмурился. - А то вы начнете разлетаться в разные стороны, а мне вас лови. Но чем связаться?

- Верно. Чем?

Ничего, чем можно было бы связаться, под руками не оказалось.

- А давайте волосами, - предложила Валя. - Невесомость же...

- Как это... волосами? - растерялся Андрей и погладил свою круглую голову с короткими волосами.

- А я сейчас сделаю, - сказала Валя. - Ты держи меня, а я из своих волос сплету веревочки.

Она не стала ждать общего решения и, морщась от боли, начала выдирать из косичек длинные волоски. Это значило, что в космосе и при невесомости человек ощущает боль так же, как и на Земле.

Ребята летели, разговаривали и осматривались. Валя плела веревочки из своих волос.

Странная, исчерченная полосками, серо-буро-малиновая планета уплыла куда-то в сторону, и Андрей отметил:

- По-моему, это был Марс.

- Какой Марс?

- Ну планета такая... На нее еще наши аппараты высаживались. "Марс-3", "Марс-4" и так далее. На ней тоже есть что-то вроде каналов-черточек. Да! По радио говорили. Сам слышал.

- Ты, как всегда, все слышал, - капризно сказала Валя. - Или читал. Или тебе брат рассказал.

- Правильно говоришь! - рассмеялся Андрей. - А что? Разве плохо?

- Ну, если ты все знаешь, так куда мы летим и что с нами случилось?

- Не знаю, - весело пожал плечами Андрей и отлетел в сторону - Витя едва поймал его. - Ясно, что случилось необыкновенное. А раз необыкновенное, значит, и прилетим куда-нибудь в необыкновенное. Так что придется ждать.

Розовая невесомая бутыль опять изогнулась и пронеслась мимо второй не то планеты, не то солнца.

Теперь все как будто стало на свои места. Лица у ребят стали нормальными, в теле уже не чувствовалось страшной тяжести. Валя сплела наконец первую веревочку и передала ее Вите. Тот привязал ногу неспокойного Андрея к своей ноге, вздохнул и произнес, кажется, самую длинную речь в своей жизни: