Нагрузки спадали, и их лица превращались в нормальные. Бульканье и перекатывание внутри тоже прекратилось, и тело постепенно становилось легким и незнакомым.

- Точно! - сказал Андрей своим нормальным голосом. - Мы в космосе.

- Но откуда же тогда взялись и перегрузки и невесомость? - запоздало удивился Витя.

- Наверное, так тоже бывает. Наука...

- А что же нам теперь делать? - спросила Валя.

- Не знаю, - честно признался Андрей.

- А кто же знает? - рассердилась Валя. Андрей пожал плечами и чуть не отлетел в сторону - его подхватил Витя. Теперь он держал одной рукой Валю, а другой Андрея.

- Я ничего не понимаю, - сказал он, глубоко вздохнул и задумался. - Но раз мы дышим, то, значит, вокруг есть воздух. А наука говорит, что в космосе воздуха нет. Там - безвоздушное пространство.

- Точно! - сразу согласился Андрей. - Ты правильно говоришь. - И, подумав, поощрительно добавил: - Говори, говори, приводи примерчики.

Но примерчиков у Вити не было. И он замолк. Тогда спросила Валя:

- А это хорошо или плохо, что есть воздух?

- Н-не знаю, - ответил Витя. - С одной стороны, как будто хорошо. Мы ведь дышим. А с другой - плохо. Если мы летим в космосе и в то же время в воздухе, значит, мы сгорим.

- А зачем это мы будем сгорать? - опять рассердилась Валя, выдернула из Витиных рук подол своей юбки и поплыла к стенке розовой бутылки.

- Потому что по радио говорили, что ракетоносители, входя в околоземное воздушное пространство, обязательно сгорают! - прокричал ей вслед Витя и бросился ее ловить, таща за собой, как на буксире, Андрея.

- Правильно! Сгорают! - обрадовался Андрей. - Но ведь мы же не в околоземном пространстве, а в космосе. Значит, порядок! Значит, мы будем дышать и не сгорим.

Витя с большим трудом поймал Валю за косичку, легко подтянул к себе. Она и в самом деле ничего не весила. Общая невесомость...