Убедить этого пациента потребует долгого времени и огромного терпения.

Сандра позвонила ближе к вечеру.

— Марк! С тобой все в порядке? — спросила она.

— Разумеется. — Он расслабился, услышав ее голос. — Дорогая, выходи за меня замуж!

— Ну, пожалуйста, Марк, я говорю серьезно.

— Я тоже.

— Я так беспокоюсь о тебе. — Она, как он отметил, избегала говорить напрямую. — Ты хорошо спал?

— У меня была ужасная ночь. Вернувшись с вечеринки, я с горя выпил целую бутылку вина.

У нее перехватило дыхание, и он поспешно объяснился.

— Больше ничего?

— Ничего. Никаких привидений, демонов и прочей ерунды. Я не оправдал твоих надежд?

— Ты уверен, Марк? — спросила она. — Ты уверен, что тебе нечего больше мне рассказать?

— Абсолютно, — он рефлекторно дернул головой, поскольку пятно в поле его зрения стало более отчетливым. — Похоже, заклинания Лафаржа оказались напрасны. Может быть, он забыл добавить палец младенца или кровь девственницы.

— Пожалуйста, Марк, не говори так.

— Почему? — он опять поймал себя на желании обернуться* — К чему, собственно я должен отнестись с уважением? Фокус-покус не удался. И вообще, по-моему мнению, он просто болван.

— Он может быть опасен, дорогой.

— Это он-то? — Марк испытывал ревность и не заблуждался на этот счет. Он заставил себя сохранять спокойствие. — Послушай, Сандра, его театральные штучки, может быть, на кого-то и действуют, но не на меня. Считается, как известно, только результат. До сих пор я ничего такого не видел и, полагаю, не увижу. Скажи своему ручному колдунчику, что он зря теряет время.

На секунду ему показалось, что он зашел слишком далеко, и мысленно обругал себя. Ведь он хорошо — профессия! — знал человеческую психологию, чтобы не сердить и не раздражать людей. Сандра сейчас выглядит глупо, но это ее внешняя сторона. Какая-то внутренняя причина заставила ее поверить в этого жулика. Что у него есть и что он может дать такого, чего недостает ему самому?