— Но сейчас-то я уже ничего не чувствую, — заметил я, сверившись с ощущениями.

— А это потому, что уже прошло довольно много времени, и тебя давно вылечили. Так... погоди, сейчас я попробую отвязать ремни, — прохрипел Чез.

— Но ты же говорил, что меня нельзя сейчас отвязывать, — поспешно сказал я.

— Э нет, я такого не говорил, — не согласился Чез. — Друид сказал, что как только ты очнешься, тебя уже можно будет отвязывать. А привязывали тебя, чтобы ты во сне не дернулся случайно.

— Точно? — недоверчиво спросил я. — Ладно, тогда действительно отвязывай...

Где-то за моей спиной послышалось шебуршание, и спустя несколько секунд я ощутил, что свободен.

Медленно повернувшись на спину, я увидел улыбающуюся физиономию Чеза.

— А Алиса где? — удивленно спросил я, поняв, что кроме нас двоих в комнате больше никого нет.

— Убежала куда-то, — пожал плечами Чез. — Видишь ли, она на тебя очень сильно разозлилась.

— Но за что?! — воскликнул я. — Что я ей-то сделал?!

— О! — Чез громко расхохотался. — Ничего особо болезненного... только если немного обидное... или даже стыдное...

— Стыдное? — опешил я.

— Понимаешь... мне-то одна из сосулек досталась в горло, а ей... как бы это сказать... чуть пониже спины.

— Ага, — хихикнул я. — И поэтому она обиделась на меня? Подумаешь, на глазах у всей Академии получить сосульку в... мда. Теперь ей это никогда не забудут, будут напоминать постоянно, шутить...

Я поморщился.

— Вот именно, — кивнул Чез. — У Алисы и так не очень хорошие отношения с окружающими, а уж теперь...

— Может, обойдется? — тоскливо спросил я. — Все об этом забудут, и тогда Алиса не будет на меня дуться.

— Ты действительно в это веришь? — удивился Чез.