– Я тебя обыскался, господин! – в голосе еще слышалась тревога. – Возвращаюсь в каюту – а тебя нет. Нигде нет. Я испугался – а вдруг что случилось?

– Что тут может произойти? – пожал плечами юноша.

– Ну, мало ли… – подозрительно зыркнув по сторонам. – Может, лучше вернуться в каюту?

– Пока не хочу.

– Тебе… неприятно там находиться, господин?

– С чего ты взял?

– Ну… – видно, что для себя Амаль уже определился с причиной, только не осмеливался произнести ее вслух. Вместо этого он расплывчато заявил: – Интар еще не проснулся, и беспокоиться…

– Почему это должно беспокоить? – Зариме так удивился, что даже обернулся к слуге.

– Ну, он же… ты же…

– Что?

– Он ведь делает тебе больно, я знаю. Некоторое время Зариме ошарашено смотрел на Амаля, потом выдавил:

– С чего ты взял? Наши отношения…

– Вовсе не как племянника с дядей, знаю.

– Хм… Вообще-то я хотел сказать, что наши отношения не несут жестокости.

– Но я ведь не глухой и не слепой. Я вижу, каким ты выходишь утром. Порой на твоей шее едва ли не волчьи укусы, и не только. Вот и сегодня…

Амаль осторожно коснулся плеча юноши. Зариме знал, что там все еще держится след горячего поцелуя Интара. К ночи сойдет совсем, но слуга успел заметить во время умывания. Вздохнув, юноша улыбнулся и ответил:

– Здесь нет боли. Ты сам настроил себя на худшее и теперь не видишь, что это совсем не так.

– То есть? – Амаль подозрительно сощурился.

– Меня ни к чему не принуждают, не издеваются. Я уже говорил, что не гаремная игрушка.

– Но как же… вы ведь вместе…

– Вот именно, вместе. Тебе не приходило в голову, что все может происходить по согласию? Амаль с недоверием уставился на Зариме, потом тихо проговорил:

– Ты ведь это серьезно?