— Так говори, Грэшим, не молчи. Время истекает.

Маг опустил голову и тихо пробормотал:

Кровь призовет ее, Книга свяжет. Связанная кровью, Она восстанет. Сердце камня. Сердце духа. Она восстанет.

Комната погрузилась в тишину, лишь треск пламени нарушал ее.

Эр'рил инстинктивно потянулся к рукояти меча.

— Я думал, она миф.

— Сисакофа, — сказал Шоркан, выпустив плечо Грэшима, и в глазах его застыл страх. — Ведьма духа и камня.

Эр'рил в волнении начал расхаживать по вытоптанному старому ковру.

— Легенды говорят, что Чи уничтожил ее за то, что она посмела творить магию крови. И с тех пор все женщины в наказание за ее зверства прокляты ежемесячными кровотечениями. Как такое мерзкое существо может восстать снова?

Грэшим пожал плечами.

— Вот почему мы держали язык за зубами. Не все видения, касающиеся Книги, озарены светом.

— И правда, мрачное предсказание, — отозвался Шоркан. — Возможно, со временем мы сумеем понять другие пророческие видения, которые прольют свет на твои слова. Но приближается полночь. Это должно произойти сейчас, иначе мы навсегда упустим шанс на будущее.

— Но можем ли мы так рисковать? — озабоченно спросил Грэшим.

— Даже несмотря на видения, будущее закрыто для нас, — Шоркан встал с кровати, и дерево протестующе заскрипело. — Но придется иметь дело с тем, что есть. Наш орден прекращает свое существование. Создав эту Книгу, мы сохраним частицу нашей магии. Я утверждаю, что мы обязаны это сделать.

— Я пойду за тобой. Что еще я могу? — сказал старик, показав свою культю.

Затем Шоркан притянул к себе мальчика, и они втроем создали перед огнем защитный круг из воска, стекавшего со свечей: сильная защита для сильной магии. Эр'рил отошел назад.

Шоркан обернулся и сказал ему: