- Я пойду, - независимо сказал Валгус.

Одиссей тотчас же ответил:

- Стойте там, где стоите. Я подумаю, куда вам разрешить доступ, где вы не сможете причинить мне никакого вреда. Сейчас вы во мне - вредоносное начало. Как это называют люди? - Он помолчал, очевидно обшаривая фундаментальную память. - Микроб - вот как это называется. Вы - микроб во мне. Но я посажу вас туда, где вы не будете меня беспокоить.

- Я решил, - сказал Одиссей после паузы. - Будете сидеть в своей каюте. Я отключу ее полностью. Туда можете идти. Больше никуда. Идите прямо к выходу, - диктовал Одиссей. - В коридоре дойдете до двери вашей каюты. Ни шага в сторону. Ясно?

- Ясно, - мрачно пробормотал Валгус и в самом деле направился к выходу в коридор. А что еще оставалось делать? Перед дверью он обернулся: захотелось все-таки сказать Одиссею пару слов. Обернулся - и увидел, как исчезла, растаяла правая переборка. За ней открылось отделение механизмов обеспечения. Те самые заиндевевшие колонны криогена и массивные сундуки катапультного устройства, которые он созерцал, собираясь приступить к эксперименту. Те самые, чью дверь он закрыл наглухо. Те самые, отделенные от рубки полукилометровым коридором...

Валгус, не раздумывая, шагнул к криогену. Он не встретил препятствия на своем пути - переборка и вправду исчезла. Одиссей промолчал; вероятно, и кибер был изумлен до растерянности. Валгус прикоснулся ладонью к колонне криогена и почувствовал резкий холод. Все было реально. Обернулся. Взгляд уперся во вновь выросшую на своем месте переборку. Очень хорошо. Только что Валгус сквозь нее проник, а теперь через эту же переборку он возвратится в рубку. А оттуда - в свою каюту.

Но переборка оказалась непроницаемой, как ей, собственно, и полагалось.

- Так, - сказал Валгус. - Интересно, как я теперь выберусь отсюда, если вчера сам же я заблокировал выход снаружи?