- Но как же это произошло? Как?!
- Еще не знаю. Но это не самое главное. Теперь помолчите, я хочу еще побеседовать с "Арго".
Валгус умолк. Значит, Одиссей каким-то чудом обрел способность образовывать множество связей между криотронами - мельчайшими элементами, из которых слагается мозг, как наш - из нейронов. У нас тоже возникает много связей. Но у него как они устанавливаются?
"Так же, - ответил Валгус себе, - как ты из рубки попадаешь в отделение механизмов обеспечения, а ведь оно в полукилометре отсюда! Из того отделения - в библиотеку, хотя это разные палубы! Радиомаяк находится в пятнадцати миллиардах километров отсюда - и вдруг врывается в эту рубку, даже не нарушив целости переборок. Так же и связи Одиссея. Впечатление такое, словно пространство перестало быть самим собой и стало..."
- Постой! - сказал он. - Постой же! Да, конечно, оно перестало быть пространством! Вернее, это уже не то, не наше привычное пространство. Зря, что ли, мы ломились сюда? Значит, мы вышли-таки в надпространство Дормидонтова!
Он замолчал. Вот какое это надпространство. Раз трехмерные предметы изменяются здесь самым причудливым образом, хотя в то же время вроде бы и не изменяются, - значит, в этом пространстве стало возможным, даже реальным еще одно линейное измерение, хотя мы его и не воспринимаем. Не знаю, что должно было произойти, чтобы я попал к криогенам или в библиотеку. Но я был там. Несомненно и то, что корабль находится в том же районе пространства, в котором проводится эксперимент, - и в то же время в какой-то миг был на пятнадцать миллиардов километров ближе к солнечной системе... Я встречаюсь с трехмерными телами - и они спокойно проходят сквозь нас, взаимодействия не происходит. Они появляются неизвестно откуда - из четвертого линейного? - и исчезают неизвестно где.