Хок сразу заметил бело-голубую патрульную машину, припаркованную перед одним из домов. Дежурный полицейский стоял рядом, прислонившись к фикусу и, попыхивая сигаретой, беседовал с двумя юными велосипедистками. Девчушки, одетые в легкие майки, джинсы и кроссовки, опасливо прижимали к себе свои спортивные велосипеды. Хок припарковался позади патрульной машины, в которой вдруг заверещало радио. Вторя ему, в листве загалдели птицы, затявкал пес в каком-то из дворов, а на близлежащей лужайке даже включился распрыскиватель воды.

Увидев Хока и Санчес, полицейский — латинос с квадратными бакенбардами и черными глазами — отлепился от фикуса и велел велосипедисткам ехать прочь. Девчонки, отъехав метров на сто, остановились и принялись наблюдать за полицейскими с безопасного расстояния.

— Сержант Мозли из отдела по расследованию убийств, — представился Хок и, взглянув на табличку с фамилией, прикрепленную к нагрудному карману патрульного полицейского, спросил: — Где ваш головной убор, Гарсия?

— В машине.

— Извольте сейчас же надеть фуражку. Вы вооружены, а значит, не имеете права находиться вне патрульного автомобиля без головного убора.

Гарсия взял фуражку с автомобильного сиденья и напялил ее себе на голову. Фуражка была явно мала Гарсии, и чудом держалась на копне черных кучерявых волос. В общем, Гарсия смотрелся весьма причудливо, и Хок понял, почему латинос предпочитает ходить с непокрытой головой. Впрочем, ничего не мешает этому Гарсии подстричься.

— Где покойник? — спросил Хок.

— В доме. Там офицер Хенниган.