Когда мы учились в восьмом классе, Абби Кенсингтон поселилась в соседнем доме, или, как я говорю, «на соседнем акре» с Айви.

Мы купались в огромном бассейне Айви, когда подъехал грузовик какой-то компании по перевозке мебели и домашних грузов. Из машины выскочила девчонка с темными волосами, завязанными в конский хвост. Увидев нас, она тут же подошла к бортику и заявила: «Привет, я Абби Кенсингтон. Мы обязательно подружимся».

Я сочла ее слова странными, ведь она ничего не знала ни обо мне, ни об Айви. Но Абби оказалась права. Она присоединилась к нашей двоице, и мы превратились в неразлучную троицу.

Абби была девушкой атлетического телосложения, с оливковой кожей и густыми черными локонами. Айви же — тростинкой с алебастровой кожей и светлыми прямыми волосами. Я же представляла собой что-то среднее между ними.

Сначала я ревновала к новой подруге. С тех пор как Абби переехала в соседний с Айви дом, я была уверена, что они гуляют без меня. Они обе с ума сходили по дизайнерской одежде, я же их страсть не разделяла. Кроме того, Абби так самоотверженно интересовалась последними новинками в спортивном снаряжении, будто мечтала победить во всех соревнованиях сразу. Однако Айви делала все, чтобы в наших отношениях не было трещин.

Мои девочки дружно обвиняли меня в излишней мягкости, ведь я действительно относилась ко всем сердечно. Я пыталась объяснить, что социальное неравенство ребят в школе — вовсе не непреодолимый барьер. То, что мы живем в одном городе, учимся вместе, должно нас объединять, убеждала я подруг. Однако девушки общались только с выходцами из Истсайда. Я же утверждала, что они не настоящие снобы, а только придумали себе эту роль.