Он молча откинулся назад. И мне показалось, что в тот момент он заколебался.

– Нет, я не имею права! – сказал он, опять нахмурившись.

– А почему же вы помогли мне? Почему избавили меня от смерти?

– Тогда я подумал, что это несчастье случилось по моей вине. А я не имею права быть виновным.

Меня вдруг охватило чувство безнадежности, и я замолчал. Молчали мы оба. На улице уже стемнело, но в комнате было все так же светло, как днем. Странно, в ту минуту на меня это не произвело особенного впечатления.

– И все-таки вы будете соучастником в наших делах, – сказал я. – Я опишу все, что сегодня случилось.

– Ну, это не проблема, – усмехнулся он. – Я в одно мгновение мог бы стереть в вашем мозгу все, что вы собираетесь запомнить.

– И вы действительно это сделаете?

– Да нет, конечно… Пишите что хотите. Все равно никто вам не поверит…

– Не поверят отдельному случаю, возможно, но поверят истинам, которые я выскажу.

– Эти истины давно известны людям, – ответил он. – Я не открыл вам никакой Америки.

Это были его последние слова, которые я помню. Проснулся я на рассвете одетый, в том же кресле, где сидел накануне вечером. Вернее, там, где меня усыпили. Незнакомец прикрыл меня легким одеялом и, разумеется, исчез.

Нет, я помнил все, он не посягнул на мою память. Я встал и открыл окно. Солнце еще не показалось из-за горной вершины, но весь двор передо мной был залит нежным светом. В глубине двора, словно маленькие планеты, белели хризантемы. Так тихо было, ни один лист не шелохнулся на деревьях. Бисеринки росы едва заметно переливались разными цветами. Не знаю, в каком мире живет он, но наш мир действительно прекрасен. И может быть, в его одиноких скитаниях это было единственной ему наградой?

Несколько дней я жил словно во сне. Естественно, я работал, но все, что ложилось на бумагу, казалось мне вялым и пресным, как трава.