Пара пошла прочь, по-видимому, удовлетворившись ответом.

Когда они ушли, Бестер принялся за работу, вырезая куски памяти Деррика, содержавшие воспоминания о нем. Но он не стер их. Вместо этого он их замуровал, похоронил. Со временем воспоминания вернутся – сначала лицо Бестера, затем их беседа. И там-то, так осторожно, как мог – словно укладывая птичье яйцо на груду стеклянных осколков, он поместил сведения о конечной точке своего путешествия. Когда он убедился, что все получилось как следует, он вызвал такси и доставил Деррика в его отель.

Через неделю или около того Деррик вспомнит, что был атакован, и, как добросовестный служака, просканирует себя, так что его бравый новый Корпус сможет узнать все факты. Узнают же они, помимо всего прочего, следующее – Бестер отправился прочь из Земного сектора: наконец-то припекло. Ему было забавно думать об охотниках, уверенных, что в своем преклонном возрасте Бестер наконец-то совершил ошибку.

Довольный собой, он вернулся в дом Софи. Он все еще умел найти выход из любой ситуации. И теперь он был уверен – он справится. Опасно это или нет, он возвращается домой.

Глава 2

– О, Париж весной, – сказал Бестер, обращаясь к таксисту. Он старался, чтобы это прозвучало цинично и, возможно, у него получилось, но, к своему собственному удивлению, его чувства были иными. Это было прелестно – зеленая аллея вдоль Елисейских полей, цветение и золотой солнечный свет, небо, такое особенно синее, какое не может существовать где-либо еще на Земле и тем более на любой другой планете.

Но что делало Землю домом – это запах. На космических кораблях и станциях, как ни старались воспроизвести планетарные атмосферы, всегда пахло, как внутри консервной банки. Каждая планета имела собственный индивидуальный комплекс запахов – разнообразных специфических газов, смешанных в различных пропорциях.