3

Раннее парижское утро.

Пулеметный треск поднимаемых жалюзи.

Неприятное воспоминание. Так и хочется пригнуться.

Это открывают кафе на противоположной стороне улицы.

Официант Огюст вытряхивает в окно коврик. Ага, сбрил усы. Неделю ходит с усами. Неделю - без усов. Ба-а-льшой оригинал.

За цинковой стойкой хозяин приветственно машет рукой.

На ходу кланяюсь, но зайти не могу - время, как говорят в Холливуде, деньги. Тем более у меня. Хотя еду не в Холливуд. А в Бийянкур. Сегодня должны под­писать годовой контракт.

Или не подпишут.

Навстречу - сосед из дома № 26, как всегда с шофером-охранником.

Идет в церковь: по русской привычке - к заутрене.

- Бонжур, господин генерал.

- Бонжур, господин артист.

Какой варварский акцент!

4

Было. - встретил генерала два года тому назад, только переехал на эту квар­тиру, сразу узнал, хотя не носил уже генерал легендарной бороды, а только - ма­ленькую, тронутую сединой бородку.

- Здравия желаю, господин генерал, - и пошел дальше. Только услышал вслед:

- Кто это?

- Это киноартист, сын бывшего торгового агента во Франции.

Не та борода у генерала, не та. Как говорит русская пословица: закатали сивку гангстеры, в асфальт. Что за чепуха! Это из криминального романа. А как звучит русская пословица? Кого-то закатали, укатали, катали. Ехали на тройках с бубенцами.

О, какое счастье забывать прежний язык!

Вместе с акцентом.

Охранник улыбается, ходит, конечно, в кино. Да, охранники все знают, у них такая работа. Через полгода они уже не вспоминали, чей я сын.

Через полгода:

- Добрый день, ваше превосходительство, - я варьировал приветствия.

- Добрый день, мсье, - в спину. - Кто это? Знакомое лицо...

- О, господин генерал! Это же Пьер! Киноартист. Вы видели «Тропическую сирену»? А «Монте-Кристо»?