— А ты стерва! Жирная, неухоженная, глупая алкоголичка стерва!

— Что??? — заорала я. — Это уже слишком!

Сорвавшись со стула, я кинулась на девушку.

Вцепившись друг другу в волосы, мы упали на пол. Выдирая бледные космы, я старалась укусить негодяйку за нос, она же, постанывая от боли в обожженных Иргиным заклинанием руках, пыталась приложить меня головой об пол. Я быстро вывернулась, сев на девушку сверху и, отодрав ее руки от своей прически, прижала их к полу.

— Слушай ты, дрянь, — начала я, но почувствовала, как активизируются защитные артефакты. Девчонка то не промах! Пытается магией воздействовать.

Я выпустила ее левую руку и со всей силы хлестнула Марту по щеке. Та, завизжав, наметилась было выколоть мне глаза, но я ловко перехватила ее ладонь зубами.

— Отпусти, сучка! — заорала она. — Не кусайся!

От ее рывка у меня чуть не вылетели все зубы, но отпускать руку я побоялась. Пока Марте больно, колдовать она не будет. Я схватила ее за волосы и попыталась стукнуть ее головой об пол. Провидица, являя неожиданную силу для такого тщедушного тела, брыкалась подо мной лучше кобылы, покрывая меня такими эпитетами, которые я даже в кабаках не слышала. Мне стало обидно. Выплюнув ее руку, я сказала:

— Отдавай письма, а то…

— И что же ты со мной сделаешь? — Марта перестала брыкаться, переводя дыхание.

— Я… я… я… — Ёшкин кот, что же придумать?

— В глаз ты получишь, а не письма! — довольно сказала противница.

— Хорошо же! — сказала я. — О некроманте мечтаешь? Так вот, я распространю о тебе такие слухи, что Ирга побоится в твою сторону даже посмотреть!

— Он не поверит!

— Милая моя, я столько лет шатаюсь по злачным местам, что смогу придумать что то очень правдоподобное и страшное!

— Глупости! Тебе Ирга все прощает, и вряд ли ты сможешь придумать для меня что то что его испугает.