Я закатила глаза. Марта была права, но чем припугнуть ее, я не знала.

— Я за то, что принадлежит мне, — сказала я, — испорчу тебе всю жизнь! У меня времени много, пары я и так сачкую, так буду проводить свободное время с пользой. И ты еще узнаешь, на что я способна!

Провидица резким движением вырвалась и вцепилась мне в щеки острыми ногтями. От боли у меня выступили слезы на глазах, я опять вцепилась ей в волосы, желая отодрать скальп. Мы визжали и пинались, катаясь по полу и сбивая вещи.

— Хватит! Хватит! — Отто и Трохим с трудом разодрали наш клубок. В распахнутые двери заглядывали любопытствующие.

— Девочки, что вы, как базарные бабы! — с упреком сказал Трохим. — Вы же маги! Устроили бы поединок, все цивилизованно и красиво!

Я окатила бывшего одногруппника злобным взглядом. Он что, издевается? В поединке мне ни за что не выстоять против ментальной магии Марты.

— Отдай ей письма, — сказал Отто провидице. — Иначе о твоем противоправном воздействии на почтальона узнает руководство Университета и ты вылетишь из аспирантуры.

Девушка сникла. Вот как ее пугать надо было! А я придумать не могла!

— Подавись! — кинула она мне пачку писем.

Я даже не сделала попытки ее поймать — только проклятья мне для полного счастья не хватало!

Письма разлетелись по полу белоснежными треугольничками. «Оле Ляхе» — значилось на каждом аккуратным почерком Ирги. Я наклонилась и стала бережно собирать послания, проверяя каждое на вредоносный помысел. Марта вдруг завыла, обхватив себя руками.

— Я люблю его! Люблю! Он должен быть только моим! Потому что я люблю его!

— Избери себе другой объект и люби его, — посоветовала я.

— Ирга должен быть мой! Так суждено! Тебя я ненавижу! Ненавижу! Почему ты, а не я? Почему?

Любопытствующие испарились, Отто и Трохим стояли со смущенными лицами. Я подобрала последнее письмо и сказала: