Мальчик кивнул, глядя в лицо отца, освещенное пламенем очага, резко обозначивших границы света и тени на лице. В темных, более темных, чем он помнил, глазах он увидел свое собственное отражение. Да, глаза у папы стали гораздо темнее, чем были раньше. Теперь они словно пещеры в горах, и окаймлены серебром. Мальчик моргнул и отвел взгляд. Это потребовало такого усилия, что мышцы шеи начали болеть. Он теперь дрожал, как и Мама. Ему вдруг стало страшно, хотя он сам не знал, отчего. Он знал только, что кожа Папы, его волосы и одежда, все это начало пахнуть так же, как та комната, где уснула вечным сном бабушка Эльза.

- Мы совершили нехорошее дело, - пробормотал Папа. - Я, дядюшка Йозеф и все остальные из Крайека. Не надо было нам идти в горы...

- Не-не-е-е-т, - простонала Мама, но мальчик не мог повернуть головы в ее сторону.

- ...потому что мы ошиблись. Все мы ошиблись. Это оказалось совсем не то, что мы думали...

Мама вдруг застонала снова, как попавший в ловушку зверь.

- Видишь? - сказал Папа, повернувшись спиной к огню. Его белое лицо словно светилось в тени. Он крепче сжал плечо мальчика, который вдруг задрожал, словно сквозь его душу пронесся порыв ледяного северного ветра. Мама всхлипывала, и мальчик хотел повернуться к Маме, но не мог пошевелиться, не мог заставить свою голову повернуться, а глаза моргнуть. Папа улыбнулся и сказал:

- Мой мальчик. Мой маленький Андре...

И голова его наклонилась к сыну.

Но в следующее мгновение голова мужчины взметнулась обратно, в глазах вспыхнули серебряные отблески.

- НЕ СМЕЙ СТРЕЛЯТЬ! - завопил он.

И в это мгновение мальчик с криком вырвался из рук отца и увидел, что мать дрожащими руками сжимает ружье, широко открывая рот, из которого вырывался непрерывный вопль. И когда мальчик рванулся к ней, мать нажала оба курка.

Заряды просвистели над головой мальчика, ударив мужчину в грудь и голову. Папа закричал - крик его прозвучал эхом воплю матери, но только он был полон не ужаса, а ярости - когда удар выстрела отбросил его назад на пол, где он и остался лежать лицом в сумрачной тени и сапогами в тускло-красных углях очага.