Заключённого вызывали из лагеря и под конвоем вели по коридору. У необходимой двери один из конвоиров отключал "подопытного" электрошокером. Потерявшего сознание заносили в лабораторию, где вкалывали ему необходимые препараты. Обработанного на лифте опускали вниз, где включался "Водопад", формируя преданного гражданина.

Сбоев не было. Ни разу.

К концу работы на острове находились, не считая обслуживающего персонала, учёных и охраны, ровно пятьсот обработанных человек. Во всей стране не было более преданных партии людей.

Генералу вспомнились отрывки из отчёта.

"Проведенные исследования показали, что "обработанный" вполне адекватен и осознает себя, как часть партии… Команды и приказы понимает и исполняет… Адаптирован в быту и способен обеспечить себя уходом, при необходимости — едой… Выносливость ограничивается только потребностью в пище… Боль ощущает, но неприятных эмоций она не вызывает… Не боится боли, увечий, смерти, при этом способен их избегать в тех случаях, когда увечий и смерти не требуют интересы партии… Устойчив к воздействию отравляющих веществ, радиоактивного излучения, что делает "обработанных" незаменимыми при добыче урана… Средний объем выполняемых работ превышает достижения лучших передовиков производства…"

Идеальные работники.

Генерал, проходя по бетонным дорожкам базы, видел "обработанных". В одинаковой серой одежде, с одинаково спокойными лицами. Упругая походка, точные, плавные движения. Пустые, прозрачные глаза.

"Обработанные" мели дорожки, стригли траву, готовили обед, ловили рыбу, охотились, заготавливали дрова для кухни, стирали и чинили одежду. Чётко, аккуратно, быстро.

Наверное, правильнее было бы назвать их биороботами. Но генералу больше нравилось слово "зомби".

— Не зомби, — покачал головой профессор. — И называть их так очень опасно.

— Почему? — вздохнул генерал, уже понявший, что профессор не успокоится, пока не расскажет то, что собирается.