После окончания колледжа она поступила в Сорбонну и считалась там самой перспективной студенткой среди иностранцев. Однако друзьям не было известно, что после возвращения в Соединенные Штаты ее завербовали в ФБР, убедив, что из нее получится исключительно талантливый агент. На ее решение оказал безусловное влияние отец. Узнав, что кое-кто из сверстников обвиняет ее в том, что она пользуется именем отца, она бросила работу в ООН, а две недели спустя ее зачислили в ЮНАКО. Здесь она работает уже второй год, в свои двадцать восемь лет оставаясь самым молодым оперативником этой организации.

Сабрина остановила свой, цвета шампанского, «Мерседес-Бенс-500ЕС» в конце деревянной пристани; из «бардачка» вынула «Беретту-92», вышла из машины и посмотрела на небо. Темные дождевые облака, которые нависли над городом, когда она полчаса назад выходила из дома, пройдя Бруклин, плыли над Атлантическим океаном — их края ярко пылали под солнцем. На ней был серый свитер, просторные джинсы и кроссовки. Становилось жарковато. Свободная одежда скрывала ее стройную фигуру, но достоинство, с каким она ее носила, не только восполняло этот недостаток, но и подчеркивало ее классический стиль. Длинные, до плеч, когда-то золотистые волосы, которые она перекрасила в каштановые в парикмахерской Кристин Вэлми на Пятой авеню, были собраны в пучок и убраны под бейсбольную кепку от Ла Доджерс.

Сабрина сняла солнцезащитные очки и осмотрелась. Слева, в тридцати ярдах от нее, находился заброшенный склад, все окна были разбиты, железную гофрированную крышу покрывала ржавчина. Прямо перед складом на якоре стоял старый траулер в сорок пять футов длиной. За много лет ржавчина и на нем оставила свои следы. Сабрина получила задание завладеть черной кожаной папкой; насколько ей было известно, она находилась в траулере и охранялась вооруженными людьми, задачей которых было не допустить, чтобы она завладела папкой. Согласно инструкциям они могли прятаться где угодно.