Кхынху молча кивнул, достал пистолет и угрожающе ткнул Сержа в ребро. Коркин узнал свой Макаров.

— Дернешься, стрельну в ногу, — пригрозил брат с идиотским именем.

Карикатурный вышел. До Сержа донеслось, как заурчал и отъехал джип. Кхынху сел на грязный стул, предусмотрительно подстелив цветочный платок. В ушах неожиданно зазвенела тишина, лишь иногда прерываемая сопением жирноватого брата.

Надо что-то срочно предпринять, сказал себе Костя, упершись спиной в холодные кексы пеноблоков. В руке неприятно заломило от наручника. Глаза поискали зацепку. Есть! Сомнительно, но вполне вероятно.

Кхынху принялся рассматривать трофейный пистолет.

— Дурак ты, Сергей! — вдруг сказал он даже несколько дружелюбно.

— Это почему?

— За что боролся? Много тебе добра люди сделали? Ведь человек — самое жестокое и неблагодарное существо, которое нарочно не придумаешь. Он отличается от животных лишь тем, что создал контрацепцию. Ну, еще травящие газами автомобили, периодически падающие самолеты и облучающие мозги мобильники. Ах да! Забыл про примитивный космический корабль!

Кхынху усмехнулся, и от этого его бульдожье лицо стало забавнее.

— Вот ты людоспас, — продолжил философствовать надсмотрщик. — А самого тебя люди хрен спасут. Подстрелю тебе ножку, так и будешь висеть на этой трубе и скулить.

— Согласен. Я подумаю над тем, чтобы принять вашу сторону.

Кхынху смешно повел бровью. Воспользовавшись его замешательством, Серж добавил как ни в чем не бывало:

— У тебя огонька не найдется? — и достал смятую пачку "Winston" (слава богу, хоть сигареты не отобрали). — Покурить перед смертью имею права?

Брат наивно улыбнулся, брызнув морщинками у краешков глаз. Ему, похоже, понравились слова: "перед смертью". Он достал китайскую стекляшку и поднес язычок пламени.

Прикурив, Сергей жадно затянулся и выпустил дым на пожарный датчик. Оглянулся на Кхынху, тот беззаботно считал патроны в магазине. "Придурок, даже не заподозрил!" — радостно подумал Серж и еще раз пыхнул на датчик.