Мила затушила в пепельнице сигаретку и закрутила головой. Поняв ее намерение, Никита молча махнул рукой в направлении пиццерии. Проследил взглядом за ее стройной фигуркой, лавирующей между столиками. Подскочила официантка, принесла сырные палочки, про которые он уже забыл. Никита рассеянно поблагодарил ее и заказал еще пива. Попробовал палочку, ткнув ее перед этим в маленькое пятно кетчупа на картонной тарелочке. Оказалась страшно острой на вкус. Суть происходящего, пока не очень укладывалась в Никитиной голове. Он не мог представить, для чего он понадобился этой самоуверенной красотке, птице явно другого полета. Может, пресыщенной жизнью «вдове миллионера» на досуге захотелось поразвлечься? Мысль была довольно глупой, отдавала дешевым сериалом. Никита решил плюнуть и просто ждать — что последует дальше.

Начинало потихоньку темнеть, жара спадала, посетителей в кафе поубавилось, стало заметно тише. Вернулась Мила. Она задумчиво улыбалась чему-то. Глядя на ее гибкую талию, Никита вдруг подумал, что плевать ему на все свои подозрения, на последнюю пятисотку, да вообще на все — лишь бы не развернулась, лишь бы не ушла. Мила села на свой стул, сверкнула загадочно глазами и как-то медленно, с оттяжкой сказала:

— Слушай, Никиток… Вот, смотри: сидишь ты тут передо мной, парень действительно видный, лицо открытое, приятное, не глупый вроде, не зануда… С таким счастьем, и на свободе?

«Откуда…?» — мелькнуло, было в голове у Никиты, но по телу уже расползалось приятное тепло — то ли от выпитого, то ли от неожиданно лестной оценки этой райской пташки:

— Ну, начнем с того, что я был женат, и довольно долго. Год с небольшим, как разбежались.

— Семейный кораблик разбился о рифы быта? — ласково протянула Мила, и Никита, сам того не желая, и удивляясь своей откровенности, ответил:

— Понимаешь, мы поженились на последнем курсе универа… Знаешь, как это бывает? Неопытные девушки, неопытные мальчики… Как говорится — не нагулялись, ни я, ни она. Глупо конечно. Подумаешь, что я жалуюсь… Не любил я ее особо никогда.