Проснулся Локи от дикого грохота. Разлепил глаза, услышал испуганный взвизг жены, и в тот же миг на него навалился некто огромный, пахнущий потом.

– Вяжи его, Тор! – слышались крики. – Смерть убийце Бальдра!

Не успел Локи как следует удивиться, как его аккуратно связали, рот заткнули кляпом и куда-то понесли.

Затем был удар по голове и навалившаяся темнота.

Очнулся под негромкие голоса. В висках и затылке пульсировала боль. Поведя плечами, Локи ощутил, что все еще связан. Из-за кляпа дышать приходилось через нос.

Зрение вскоре сфокусировалось, и Локи понял, что он в Трудвангаре, чертоге Тора, самом просторном в Асгарде. А голоса принадлежат асам, что собрались вокруг. Они смотрели на Локи с ненавистью, и рыжий ас ощутил холодок в животе – все, не вырваться.

С некоторым трудом он прислушался. Вина Локи в убийстве была, видимо, всем уже ясна, и асы обсуждали подходящее наказание:

– Может, его привязать покрепче, да змеюку повесить, чтобы яд на него капал? – предложил Тор, гулко почесывая лоб.

– Молчи уж, сынку, – отрезал Один. – Головой предоставь работать другим, у тебя она не больно сильна!

– Как не сильна? – обиделся богатырь. – Я ей любую скалу расшибу!

– Верю, сынок, верю. Но головой ведь можно не только скалы расшибать. Некоторые ей еще думают. Твое предложение плохо чем? Во-первых, не родилась еще та змея, чей яд для Лодура болезнен будет. И даже если мы найдем такую змеюку, то кто помешает Лодуру самому в нее плюнуть?: Тут она и скопытится. И, в-третьих, ко всему привыкаешь, так и Лофт привыкнет к боли от яда. Не сразу, конечно, веков через пять, но привыкнет. Так что, нужно другое наказание.

– Тогда может его просто убить, долгим и мучительным способом, – небрежно бросил Фрейр, смотрясь в зеркальце.

– Нет, любая смерть неприемлема для него, – сказал Один, и тут Локи понял, кто поведал асам правду, вернее ее часть. С ненавистью взглянул хитроумный ас на отца богов, попытался выплюнуть кляп, но тот не желал вылезать, удерживаемый заклинанием.