Джерзи подчинился, затем взглянул на экран, нахмурился и запросил сопоставительные данные.

– Вот-те раз! В квадрате ближе к полю замеры по видам существенно снижаются, а сорок вариантов начисто отсутствуют…

Он откинулся на спинку кресла, покачивая головой, но не сводя глаз с экрана. Мустафа встал во весь рост.

– Джерзи, что это значит?

– Не знаю. Вернее, не хочу говорить, пока не вполне уверен. Но если это то, что я думаю, нас ждут большие неприятности.

Деревья по-прежнему искорежены, и кровь на руках. А небо! Пожар в небесах занимается сызнова. Чувствую его каждым нервом, он давит мне на грудь, сжимает горло, сушит язык. И еще тошнота. Боже мой, я теряю контакт! Если бы… если бы не пожар в небе! Миклинн - где он?.. Кто там под водой, Ямада?.. Под водой? Какая же это вода, если она наползает на него снизу вверх? А Миклинн - где Мик… Так вот же он! Тоже глубоко под водой. «Миклинн! Миклинн!»

Его голос: «Ты проигрываешь, Дин. Борись, черт побери! Борись!..»

Движки знай себе несли посадочный модуль к Д’Маану. Мы собрались в крошечной кают-компании. Аранго посмеивался, поджидая, как и все мы, появления Миклинна.

– Надо было его видеть! Клянусь, у Рэда чуть пуговицы от ярости не отлетели. А толку что? Арапетяне все равно решили высаживаться сразу следом за нами.

Паркс откинулся назад, оперся на выпуклую переборку.

– Этот камушек сожрал девять экспедиций. Девять - а им по-прежнему верится, что тут никаких особых проблем. Пялятся в свои телескопчики на землю обетованную, а больше ничего знать не хотят.

Немного подумав, я обратился к Парксу:

– Почему же они не поручат корпусу доделать все до конца? Ну если Миклинн им поперек горла, можно после нас послать экспедицию в другом составе…

Миклинн ворвался в кают-компанию, перешагнул через вытянутые ноги Ямады, втиснулся между ним и Нивином.