Шульц зябко поежился. Из-за этих варваров можно заработать обострение нефрита. В груди полыхнул гнев. Он выпучил глаза и заорал:

- За нарушение приказа - расстрел! Понятно, болваны?!

И вдруг, как удар, презрительный взгляд ясных глаз. "Будто мысли читает", - промелькнуло в голове. Шульц вздрогнул и отвел глаза в сторону. Но это была минутная слабость. Отто Шульц быстро взял себя в руки. Он, преподаватель права Боннского университета, не имеет права малодушничать! Ха-ха! Каков каламбур!

Шульц с достоинством вскинул голову и, указав на обнаглевшего пленного, приказал:

- К медикам!

Так Иван попал в медицинский барак во второй раз.

И была деревянная кушетка, покрытая несвежей простыней. И были дрожащие руки Вирхова, и мутное облачко крови в шприце, наполненном желтоватой жидкостью. А потом был огонь, испепеляющий каждую клеточку мозга. Его, потерявшего сознание, вбросили в барак, и заботливые руки товарищей уложили бредящего Ивана на нары. Он метался, сознание лишь на короткие минуты возвращалось к нему, и тогда Иван говорил. Ему казалось, что говорит он громко и отчетливо, как на уроке, но с пересохших губ срывался шепот, подобный шороху:

- Ребята! Товарищи! Мы!.. Им надо помешать... Не говорите правды, как вы себя чувствуете... Все говорите наоборот... Сорвем их эксперименты.

Тьма, накатывающаяся на него, вдруг соткалась в лицо Вирхова. Скаля в улыбке гнилые зубы, тот говорил:

- Все в мире движется от порядка к хаосу. Энтропия возрастает. Согласен, физик? И если есть бог-создатель, он должен существовать в обратном потоке времени - именно в этом направлении порядок возрастает. А как тебе нравится высказывание: "Бог - есть минус время"? Мы здесь создадим сверхчеловека, равного богу по возможностям, и он будет существовать в...