Вот тут я и увидел его впервые. Мужчина в каком-то замызганном черном комбинезоне, что ли, лежал на травке под кустом. Он сразу вызвал у меня раздражение. Мы тут работаем с утра до утра, бьемся за них, обустраиваем их быт — а они? В рабочий день на травке валяемся?! И он даже не знает, под каким уникальным растением завалился пережить похмелье. Видел бы профессор Нецветаев — удавил бы его на месте.

Вот и еще одна беда светлого будущего — людей нечем занять. В смысле — рудничных рабочих. Скучно им у нас. Зарплата высокая. В Городе все есть — а чего нет, то попросту запрещено условиями эксперимента, и достанешь, так командиры отберут. Ну, работа. А потом? Пойдет грузная тетка за тридцать прыгать в волейбол, как командиры? Хватит азарта карьерному трактористу чародействовать над дельтапланами? Побежит ли обкуренный недоросль в командирский поход на выживаемость по тайге? Дел-то у нас невпроворот — а им это надо?! Вот и стоят неподъемные тетки в уникальных садах Города, в уродливых домашних халатах — тепло ведь! — и льют грязь на все, и льют! Вот и бродят их вялые детки, еле ноги тащат, от одного видеозала к другому, жуют что-то бесконечное, и льют грязь на все… а те, кто энергичен, энергично пытаются поломать системы слежения, разбить экраны информации и нагадить в беседках. А этот вообще завалился в зеленую зону, как свинья. Устал, что ли?!

Мужчина открыл глаза. Ого! Такой взгляд был мне хорошо знаком — так смотрят командиры, отработавшие три смены подряд. Бесконечная тяжелая усталость. Только он ведь не командир…

Рафинированно-вежливый Женя Гафаров повернулся к незнакомцу и кивнул. То есть — поздоровался первым. А вот это уже было чудом. Я сразу же решил познакомиться с этим странным гражданином поближе.