Еще в начале сражения за планету нашему флоту удалось уничтожить большинство их военных спутников, находившихся на стационарных орбитах. Но никто естественно, не мог поручиться за то, что в распоряжении скорписов не осталось истребителей, способных нести ядерный заряд. Единственное удачное попадание ракеты или теплового луча могло поставить крест на далеко идущих замыслах Атена и на наших собственных судьбах.

«Приближаемся к точке высадки», – раздался у меня в наушниках голос командира шатла.

Между тем вибрация корпуса корабля заметно усилилась. Я с трудом поднялся на ноги, готовый личным примером воодушевить моих людей.

– Приготовиться к прыжку, – рявкнул сержант Манфред – ветеран, успевший на своем веку побывать не в одной подобной передряге.

Трое лейтенантов заняли места во главе своих взводов.

Наш план был предельно прост. Высадиться четырьмя изолированными группами на клочках относительно сухой земли, повзводно выйти на исходный рубеж и начать одновременно сборку станции и строительство оборонительных сооружений.

Высадка десанта была намечена на ночные часы. С моей точки зрения, это было полнейшим абсурдом. С одной стороны, кромешная тьма существенно осложняла нашу задачу, с другой – ничуть не мешала чувствительным приборам противника с большой точностью определить место высадки десанта. Какими соображениями руководствовались почтенные генералы, принимая столь странное решение, так и осталось для меня тайной за семью печатями.

Проверив свое снаряжение, я занял место во главе шеренги.

«Десять секунд до высадки», – объявил пилот.

Люк шатла отодвинулся в сторону, и холодный ночной воздух ударил мне в лицо.