Другие... Странно, Прохор уже второй раз упомянул о глазах. Что в них могло измениться? Он еще Сказал о голосе... Впрочем, это можно узнать и после... - Вы сказали о каком-то бывшем сотруднике - Михаиле. Кто он? - Да трое нас в группе было, товарищ майор, - неохотно проговорил Прохор. - Вы, я и капитан Ахилло. Пропал он, почти сразу после вас... Эх, товарищ майор, чего они с вами сделали! На этот раз чернявый говорил искренно; в голосе чувствовались горечь и жалость. Майор покачал головой: - Выходит, сделали... Голос, глаза... Что еще? - Да говорите вы совсем по-другому... Будто старше стали лет на десять. И слова у вас какие-то... не такие... Сказано было не особо ясно, но майор понял. Очевидно, старший лейтенант Пустельга говорил как-то попроще, да и не столь уверенно. Впрочем, чему удивляться, ведь он, майор Павленко, - не последний человек в Ленинградском Управлении, к тому же незаменимый специалист... - Ладно, Прохор. Постарел так постарел, что поделаешь... Значит, нас в группе было трое. Не спрашиваю, чем мы занимались... - Намек был ясен, но Карабаев пропустил его мимо ушей - откровенничать он явно не спешил. - С вами, вижу, все в полном порядке... - Ага, третий "кубарь" кинули, - на этот раз старший лейтенант соизволил откликнуться. - А что случилось с капитаном Ахилло? Он, как я понял, не был арестован? - Не могу знать, товарищ майор! - отчеканил Карабаев. - Исчез он. И говорить о нем не велено... Не требовалось каких-то особых способностей, чтобы сообразить: Прохор, конечно, что-то знает, но не желает делиться со своим неизвестно откуда появившимся командиром. Майор понял, что Карабаев прав: в конце концов, вся эта история в глазах чернявого могла быть хорошо спланированной провокацией. Оба они работали не в "Красном Кресте"... - Хорошо. Как мне вас найти? Майор почему-то решил, что Прохор затруднится с ответом, но старший лейтенант тут же назвал свой адрес - он жил в одном из общежитий Главного Управления, - а заодно и служебный телефон. Собственно, почему бы и нет: чернявый показывал, что ему нечего скрывать - ни от своего подозрительного начальства, ни от любопытных из "лазоревого" стана.