- Я, кажется, ясно выразилась? Откройте двери.

- Так, говорю же, не в духе он... - под "фирменным" взглядом, солдат на мгновение заледенел, и, как только смог двигаться, тут же попятился, примирительно выставив ладони: - ладно, госпожа. Конечно, госпожа. Как прикажете. Сейчас все подготовим.

Из узенькой каморки, что соседствовала с камерой фон Рауба, донеслись скрежет и поскрипывание. Что-то там куда-то наматывалось, что-то откуда-то вытягивалось. Неприятные звуки. Видимо, дверь, помимо засовов, снабжена каким-нибудь хитрым механизмом.

Нет. Навряд ли хитрым. Если верить слухам, для старогвардейца фон Рауба механизм чем хитрее, тем роднее. Якобы, он с ними договариваться умеет. Сказки, конечно. Но на пустом месте сказок не бывает, а для здешнего народа суеверия, зачастую, понятнее и ближе истины.

- Прошу вас, - десятник поклонился, - вы, госпожа, если что, так дайте знать. Мы мигом. А то, хотите, я с вами парней отправлю.

- Не хочу, - отрезала Айс, - закройте за мной двери и оставайтесь на местах. Если мне что-то понадобится, я вас позову. Ясно?

- Так точно, - если стражник и обиделся на резкий тон, виду он не подал. И правильно. Ему по должности обижаться не положено. Ему положено приказы выслушивать и исполнять.

Айс перешагнула порог и остановилась, привыкая к темноте.

Дверь за ее спиной с тихим шорохом повернулась в петлях.

Где же... Тарсграе! Да вон, впереди, две яркие точки - желтые волчьи глаза... Нет, у волков они, вроде, зеленым горят.

Ф-фу, да не все ли равно.

Он смотрит. Ждет. Чего ждет, почему не подойдет ближе?

Айс выпустила из пальцев белый пушистый шарик и тот взмыл к потолку, озарив камеру неярким, мягким светом.

- Ох, - сказала Айс. Рука ее метнулась к губам, - ох, - повторила она. И покачала головой, - извините. Если бы я знала, я осталась бы снаружи.

- Зато так я не опасен, - даже сейчас он улыбнулся. И улыбнулся, искренне, - ну, почти не опасен. Добрый день, госпожа фон Вульф.