- Значит, наши другие формирования тоже пострадали? - спросил Брим.

- У них потери меньше, чем у нас, но в дивизионе осталось слишком мало машин, чтобы подавить "противника" и при этом выполнить дневное задание.

Брим кивнул. Он догадывался, что будет дальше.

- Как называются эти новые корабли - "Ростовики"?

- Точно, - хмыкнул Бородов. - "Космические бастионы". Вот видишь, ты уже начал учить содескийский.

- Я всегда все схватывал на лету. Они тоже пойдут в бой?

- Уже пошли. - И тут снова Бородова заглушил рев, который могли издавать только гравигенераторы космических кораблей. Следом завелся двигатель краулера, и тяжелая машина перевалила через гребень холма - как раз вовремя, чтобы увидеть, как ЖМ-2 заливает огнем многочисленное сборище техники "зеленых", изрыгая буквально тысячи световых "попаданий" и помечая краулеры и вспомогательные машины как "уничтоженные".

- Ну, противнику теперь не до нас, - заметил Брим.

Краулер на большой скорости понесся вниз по склону, и грохот его палящих в холостом режиме разлагателей заглушил даже рев двигателя. Через каких-нибудь тридцать циклов концентрация сил "противника" была нейтрализована, и Васлович повел свою урезанную, но все еще мощную колонну к следующей намеченной цели.

Брим не переставал терзаться вопросами, глядя на пролетающий мимо зимний пейзаж. Ни единого выстрела не было сделано с воздуха в защиту армии "зеленых". Почему? Отсутствие поддержки наводило на тревожные мысли, и Брим решил получить ответ при первой же возможности. ЖМ-2 наличествовали и во время последующих учебных боев, но Брим до конца дня так и не нашел случая задать свои вопросы.

***

Вскоре после того, как последние проблески света померкли на горизонте, усталые экипажи вместе с пассажирами остановились, чтобы отдохнуть и подкрепиться. Огни множества краулеров загорелись под висящими в воздухе осветительными ракетами.