- А кто мешает животы прикрыть? - спросил воин в шлеме, стукнув себя по кирасе.

- Умник! - бросил ему Бурун. - Давай, сколоти такой щит, чтоб его и стрелой не пробить, и горючкой не запалить, да еще - с места можно сдвинуть! Давай, умник!

В толпе засмеялись.

- Сколотить можно, - сказал воин. - Да долго! - И Хуругу: - А целы ли, атаман, те шесть повозок с паутинной тканью, что мы взяли в начале месяца тому?

- Целы! - ответил Хуруг, прожигая новичка взглядом. - Что дальше?

- А она хорошо горит, паутинная ткань! - хохотнул помощник.

В толпе опять засмеялись. Но - немногие.

- А ты ее намочи! - сказал воин в шлеме сотника.

"Как же его звать? - подумал Хуруг. - Талон? Нилон?"

- Ты, вроде, не совсем дурак? - сказал Бурун. - Или забыл, что паутинная ткань в воде не мокнет?

- Кто говорил о воде? - удивился воин. - Возьми глины желтой, смешай с кислым вином, взбей как следует, да мешки поверху и обмажь! Они, ясно, потяжелей станут, но все равно пару тюков одной рукой поднять - нечего делать! А и одного хватит!

"А ведь верно!" - подумал Хуруг. Арбалетный болт, при хорошем выстреле прошибающий стальную кирасу, в полулокте паутинной ткани увязнет, хоть в упор бей. "Литон его зовут! - вспомнил атаман. - Точно, Литон! Прозвища еще не заработал! А башковитый парнишка!"

Бурун задумался, а потом неожиданно улыбнулся и подмигнул.

- Дело! - сказал он. - Сам надумал? Или - видел где?

- Видел! - признался Литон.

- Литон! - Хуруг соскочил со спины парда и подступил к новичку вплотную: - Слушай меня! Если то, что ты сказал, - пойдет, твоя доля тройная! Кто-то против? - и на ладонь вытащил меч.

Нет, никто не возражал. Но Бурун перестал улыбаться.

- Ты! Ты! И ты! Найдите котел побольше, наскребите глины! И, приказал Хуруг, - вино...

- В моей повозке - полбочонка скисшего эдзамского! - вставил помощник.

- Остальные - на места! Нечего попусту глазеть! - Хуруг толкнул ближайшего воина так, что тот отлетел на пару шагов. - Давай, давай, парни! Скоро мы зажарим бычка!