Добравшись до коттеджа, он первым делом подбросил дров в камин, и поленья весело запылали, наполняя комнату теплом. Потом он принял душ, смыл с себя соль, и наконец, глотнув бренди с содовой, твердо решил позвонить Дж. попозже.

Вики сидела в большом кожаном кресле у огня в позе чопорной старой девы и с преувеличенным вниманием разглядывала картинки в каком-то старом журнале. Блейд в халате ходил большими кругами вокруг кресла. Вики бросила на него взгляд поверх страницы. Блейд заметил, что она сидит, плотно сдвинув ноги, и предложил ей выпить чего-нибудь, но девушка отказалась. Пожав плечами, он снова наполнил свой бокал. «Все, — уговаривал он себя, — в последний раз». В восемь утра ему надо быть в Лондоне, значит, выехать придется пораньше. Хорошо бы хоть немного поспать сегодня — так, как он спал когда-то, без кошмарных сновидений, от которых пробуждаешься в холодном поту. Ему обязательно нужно выспаться, чтобы снова почувствовать себя нормальным человеком.

Однако, черт побери! Поспишь тут! Похоже, лорд Лейтон со своим компьютером ухитрился навсегда избавить его от этой полезной привычки!

Дрова пылали в камине. Стоя рядом с бокалом в руке, Блейд пристально смотрел на огонь, не в силах оторвать взгляда от пляшущих рыжих языков. Вики, отложив журнал, исподтишка наблюдала за ним. Он не оборачивался. За окном маленького уютного коттеджа злобно и пронзительно завывал ветер.

Внезапно Ричард Блейд понял, почему он в последнее время не находит себе места. Даже не понял, а, скорее, впервые признался себе в этом: ему было страшно. Ни тело, ни мозг его ничуть не изменились; просто он боится, и страх, словно червь, разъедает его душу. Невероятно! Он ощущал какой-то всепоглощающий ужас, не подвластный его пониманию. Ему и раньше доводилось испытывать страх, но тот страх диктовался здоровым чувством самосохранения, которое помогает человеку выжить и победить. И он был не похож на то гнетущее отвратительное ощущение, которое туманило сейчас его разум.