Но город не дал разгадки, и он обратился к учителям своим учителей…
— О чем задумался? — Голос странного собеседника прервал воспоминания. — Догадался, кто я?
— Нет… Извини, я о другом.
— Наверное, об этом?
Он откуда-то извлек несколько листов плотной бумаги и, сдвинув посуду, разложил на столе. Лес, холмы, старый храм…
— Откуда это у тебя? — после долгой паузы с трудом произнес дворник. — Эти рисунки я давно выбросил.
— А я их спас. Надеялся, что они тебе еще пригодятся. Мы же друзья. — Мальчишка печально улыбнулся.
— Да, друзья, один из которых не может вспомнить другого. — Дворник усмехнулся. — А с этим, — он кивнул на листы, — кончено навсегда.
— Но почему?
— Странно, ты, вроде, все обо мне знаешь, и вдруг такой вопрос… Как тебе объяснить? — Он замолчал, перебирая рисунки.
Три поросших густым лесом холма. Озеро у их подножия. На среднем, над кронами деревьев, возвышалась старая деревянная церковь. Построенная без единого гвоздя, была она памятником времен давно минувших. Рассказывали, что был здесь когда-то монастырь, монахи которого славились искусным врачеванием. И помогала им в том чудотворная икона… В теплое время не иссякал поток паломников, страждущих исцелиться от недугов и хворей, приложиться к святому образу, помолиться за здоровье ближних…
Окруженный со всех сторон непролазными болотами, монастырь посуху был недоступен, и потому стоял на противоположном берегу озера большой гостиный двор, где ночевали богомольцы, дожидаясь рассвета, когда за ними приходили лодки с гребцами-монахами…